cat with many words

Из прочитанного. Выпуск 47

1) Dictator's Handbook, Bruce Bueno de Mesquita, Alastair Smith

1 / 5

Эта книжка - типичный пример целого легиона подобных, я когда-то уже жаловался. Обычно стоит насторожиться сразу, как только вместо описания книги идет серия цитат из нью йорк тайм, гардиан и прочих пузатых и важных газет, а также пузатых и важных людей.

Еще больше стоит насторожиться, если авторы с первой страницы начинают рассказывать о том, как они здорово все придумали, вместо того, чтобы начать рассказывать о предмете.

Ну а если на пятой странице введения авторы рассказывают ГЛАВНУЮ ИДЕЮ и сразу же приводят пример, то можно сказать уже вполне определенно, что дальше нового ничего не будет.

Более того, часто и инсайта большого нет. В этой книге, например, авторы поставили себе целью доказать, что политики преследуют личные цели при захвате власти, а потом всеми силами держатся за нее. Спасибо, мы не знали!

А еще, предлагают универсальную схему описания любого политического режима. Надо разделить все население на три слоя - те, кто могут голосовать на выборах, те, чье слово действительно влияет на выборы, и те, без чьей поддержки любой режим рухнет. Это пирамида, как сами, понимаете, и в зависимости от ее формы можно получить диктатуру или демократию. Дальше я не читал, но предположу что еще страниц двести авторы будут натягивать эту пирамиду на разные реальные примеры, чтобы доказать, что она есть.

Ах да! Если сразу же во введении после гипотезы вам приводят пример, то можете точно ожидать, что автор будет этот пример мусолить всю книгу, прямо как здесь.

4) Homo Deus, Yuval Noah Harari

5 / 5

Этот Харари - большое трололо. Я начал слушать книгу и порой плевался от возмущения, но потом оказалось, что это просто вступление.

Автор начал с утверждения, что тысячи лет вплоть до двадцатого века у людей было три проблемы - не умереть от голода, от болезней и от войн. Все три причины были вполне реальными угрозами. На протяжении всего времени плохой урожай мог стоить жизни четверти населения, болезни уничтожали порой половину населения стран и регионов, а в случае в Америкой или Гаваями, порой вымирало почти все население. Война была нормой, ее отсутствие - просто паузой, которая могла кончиться в любой момент.

В двадцатом веке впервые удалось накормить все население, по крайней мере так, что уже сложно встретить людей, которые не ели несколько дней, и от ожирения или кока-колы умирает больше людей, чем от недоедания. С болезнями тоже удалось справиться, и уже не происходит таких пандемий, как раньше. Новые вирусы удается локализовать и купировать, и их ущерб минимален. Детская смертность упала до единиц процетов. Войны тоже уменьшились в масштабах и стали не такими кровопролитными. Если раньше десятки процентов от всех погибших в мире приходились на войны, то теперь эта цифра стала значительно меньше. Т.е. можно утверждать, говорит Харари, что мы с этим справились, но что будет дальше?

Дальше он говорит, что люди будут бороться за бессмертие, счастье и обретение сверхчеловеческих возможностей.

Интересно, что он как и Россем тоже задается вопросом, зачем изучать историю. Его ответ такой - с помощью истории невозможно предсказать будущее, потому что каждый момент жизни уникальный. Но что история дает - так это контекст, информацию о том, как и почему мы пришли к ситуации, в которой находиммя, а это уже ценно. Многие предсказания не сбываются именно потому, что люди, зная их, принимают меры к тому, чтобы предсказания не сбылись. Зная исторический контекст, можно направлять события в направлении, которое сделает ситуацию лучше, но как будет выглядеть будущее, сказать никто не сможет. Как пример автор приводит интернет 25 лет назад. Кто тогда мог сказать, что он станет тем, чем он стал сейчас? Кто бы мог подумать, что у нас будут смартфоны?

Следующие части книги более или менее интересны, для меня наибольшую ценность представляло не только мнение автора, с которым трудно спорить, а скорее спектр тем и вопросов, которые он поднимал, потому что когда книга вызывает в тебе бурное возмущение, несогласие, потом интерес, и так по кругу - это всегда очень и очень хорошо. Иногда я терялся в его рассуждениях, сложно было следить за доолгой мыслью во время езды на велосипеде, по-этому мог что-то упустить.

Автор начал с анемистических религий, а потом перешел к когнитивной революции, о которой он так много писал в предыдущей книге. Ее он рассматривает в контексте появления новых религий, в которых человек уже не рассматривается на равне с животными, а противопоставляется им. По его мнению это было неминуемо в контесте развития животноводства и всех тех ужасов которые происходят с домашним скотом (далее история про свиней, которым не дают даже двинуться, отрезают пятачки и т.д.).

Прежде всего - почему человек смог так сильно развиться по сравнению с другими животными? Харрари утверждает, что главная причина - это возможность незнакомых людей организовываться для достижения высших целей даже при том, что отдельные/множество людей гибнут или страдают. В этом смысле он предлагал рассматривать религии и современные корпорации как одно и то же явление. Он создают воображаемую реальность, которая существует только в головах людей и только, пока они в нее верят, но именно она позволила когда-то построить пирамиды, а сейчас получить тот мир, в котором мы живем.

Как противопоставление возникли представления о сознании, душе и воле, которые есть у человека, но которых нет ни у кого больше. Но, спрашивает автор, где же они? Как оказывается, никто ничего подобного в человеке не обнаружил, мало того, происходит обратный процесс, когда многие вещи, считвашиеся личностью человека, оказываются следствием вполне определенных химических или биологических процессов, что ставит под сомнение все три явления.

Наоборот, вполне доказано наличие эмоций у животных и тот факт, что эти животные страдают вполне определенно из-за действий человека.

С душой все понятно, никто не нашел. Но что же с индивидуальностью и свободой воли?

С ними сложно, т.к. очень часто то, о чем мы думаем как о свободном волеизявлении, таким не является. И мало того, зная то, как формируются поступки или мысли людей, можно этой волей управлять.

Автор приводит много аргументов, например:

  • Самый простой способ убедиться, что не вы формируете свои мысли. Остановитесь и понаблюдайте за своими мыслями. Откуда они появляются в вашей голове? Вот то-то
  • Альтернативный пример с мышами, которым вживляют электроды в мозг. Суть в том, что электроды подключены к пульту, и если там нажать кнопку "налево", и мышь действительно бежит налево, то происходит воздействие на ее центр удовольствия (или что-то вроде, не помню). В результате мышь начинает слушаться пульта вполне добровольно. Но можно ли это назвать свободой воли?
  • Еще один пример, который он привел уже касательно людей. Большая группа подопытных, им в произвольном порядке предлагают опустить руку в очень холодную воду на короткий промежуток времени, а потом опустить руку в такую же холодную воду на такой же промежуток времени, после которого вода чуть-чуть теплеет. Дальше у подопытных спрашивают, какой бы вариант они повторили бы лучше. Интерес в том, что подавляющее количество людей выбрало второй вариант, несмотря на то, что по факту там они держали руку в холодной воде значительно дольше. Как так?

Экспериментаторы объяснили это тем, что в каждом человеке есть два подсознания - одно, которое непосредственно переживает события, и второе, которое потом создает истории на его основе (что сильно перекликается с Мэнсоном, кстати). Чего Мэнсон не сказал, и что является самым важным моментом здесь - подсознание, сочиняющее истории, не воспринимает время! Оно просто берет самый плохой и самый поздний опыт отонсительно события и как-то их усредняет, на основе чего и создается воспоминание.

Почему это важно, и почему это плохо для свободы воли - потому что здесь ей легко манипулировать, что и делают политики везде и всюду. Достаточно под конец срока надавать подачек населению, и большинство уже не вспомнит, какой там ужас творился до этого, и спокойно переизберет. Вот тебе и свобода воли.

Знание о существовании разных подсознаний подкладывает мину еще и под понятие индивидуальности. Автор говорит об еще одном эксперименте, когда некоторым больным эпилепсией механически убирали возможность коммуникации между двумя половинами мозга. Что произошло потом - оказалось, что половины мозга думали по-разному и отвечали тоже, т.к. одна часть мозга была ответственна за движения, а вторая за речевой центр. В результате случалось, что подоптный отвечал одним образом, а его рука в этот момент карябала совсем другой ответ (в книге описан более полный эксперимент, в котором менее очевидно, что подопытный мог просто подыгрывать, но источник я не проверял).

В результате получается, что индивидуальности человека, как чего-то неделимого нет, и в каждом индивидуме живет как минимум несколько, на которые можно влиять по-разному.

Автор тратит на это так много времени, потому что дальше он проходится по тому, почему либерализм победил в веке двадцатам, и почему это знание может подорвать его в веке двадцать первом - в его основе как раз лежит предположение об независимой индвивидуальности и свободе воле каждого человека. Если их нет, то нет и базиса для либерализма.

В заключительной части автор пробегается по опасностям в будущем на основе всех этих размышлений.

Одна из опасностей - это исчезновение многих видов работ для людей. Тут он не стесняется говорить и про ватсона, и про самоуправляемые машины, и про гугл, который знает людей лучше, чем кто бы то ни было, и сможет давать им рекоммендации лучше, чем врач или бюро путешествий.

Это первый момент, когда я с ним не согласился сильно. Да, часть профессиий отмирают, но те области, по которым он прошелся, потребуют еще много лет для достижения какого-то успеха. Сами машины всюду еще не ездят, с ватсоном оказалось не все так просто, мы все-равно выбираем направления для путешествий сами, и на нас влияют больше наши знакомые в соц сетях, чем рекомендация конкретного алгоритма.

Мало того, поболтавшись вокруг вопроса машинного обучения в этм году, я теперь вижу, что задача здесь еще сложнее. Каждый вопрос, который он предлагал рассмотреть решенным, на самом деле сложно формализовать. Что значит лучшая рекомендация для следующей поездки? Лучшая для кого? Лучше - это что? Критерии - это какие? Понятно, что сейчас можно собрать много информации, но пока еще нет простого способа точно определить, что ты не учитываешь, и что может быть критически важно в данной задаче.

Это условие не праздное - возьмите ту же ленту фейсбука, которую оптимизировали вроде для людей, но на самом деле для продажи большего количества рекламы, что привело к самым разным проблемам вроде информационных пузырей или радикализации и разделению мнений.

Но другой факт мне кажется очень важным и опасным: концентрация огромных массивов информации в одних руках означает как следствие и огромную концентрацию власти, что показал опять же фейсбук со всеми историями про влияние на выборы.

Именно владельцы алгоритмов представляют собой большую опасность.

Следующее интересное рассуждение - автоматизация и алгоритмы позволяют небольшому количеству людей жить значительно лучше других и от них не зависеть. Вопрос - продолжат ли они печься о других людях, если эта разнница еще более усилится?

Образование, медицина развивались бурными темпами не только потому, что люди боролись за свои права, а потому что от этого был вполне конкретный экономический эффект - такие люди лучше воевали и эффективнее работали. Но если предположить полную автоматизацию, такого количества образованных людей больше нужно не будет, что будет с этим трендом после этого?

Дальше он садится на своего конька про сверхлюдей будущего и рассматривает предыдущий вопрос еще и в этом контексте. Самые разные улучшения будут прежде всего доступны богатым людям, что сделает их еще эффективнее и еще богаче, а следовательно еще больше расширит пропасть между бедными и богатыми.

Все это теоретический вопросы, о которых стоит подумать, но меня не отпускает сомнение, что их сложно предугадать, т.к. именно рассмотрение многих вопросов полностью меняет предположительные исходы, как в квантовой физике.

Например, если схема влияния на человек понятна, то человек можно легко научиться воспринимать и избегать подобных влияний. Знаешь про два подсознания - учитывай это, знаешь про то, что в тебе определенные процессы запускаются химией - учитывай это.

Если мы знаем, что тотальная концентрация информации опасна, если мы знаем, что цели больших корпораций являются именно их целью, а не целью людей - мы это можем учесть и направить будущее туда, куда нужно именно нами.

Спасибо Харари. Я сначала поставил книжке 4, но, увидев, сколько я понаписал, понял, что такого количества мыслей и эмоций средняя книжка содержать не может.

P.S. Достаточно сильный эмоции вызвала последняя глава, почти готовился стереть отзыв. Харари для книги выбрал очень хитрый прием - он набрасывает доводов по поводу одной из тем, например, как хорош капитализм. И только ты уже внутренне готов ответить на его аргументы, как читаешь черным по белому - "с другой стороны, капитализм - отстой по той или этой причине". И так всю книгу. Наверное, ничего еще меня так не выводило из себя. В результате с этой книгой почти невозможно спорить по существу, в любым аргументам сразу в комплекте идут аргументы против, а над ними Харари весь в белом.

В паре мест он, конечно, промахнулся совсем. Например, в рассказе о том, как данные захавают этот мир, он постоянно упоминает интернет вещей, но ей богу то, что он имеет в виду - это не сотни датчиков и прочие микро и макро устройства, которые собирают информацию или автоматизируют что-то, а скорее мифические могучие алгоритмы.

С алгоритмами у меня тоже были смешанные чувства. Да, алгоритмы нас захавают, ага. Но это примерно так же, как утверждать, что современный поезд решит сожрать инженеров. Алгоритм - это инструмент для достижения цели, такой ка оптимизация, быстрый поиск, кластеризация и так далее. Он не умный, не тупой, он как гаечный ключ на двенадцать. Бывает алгоритм проще или сложнее, но что у него отсутствует, так это воля и целеполагание, их надо задавать, и чаще всего алгоритм это не определяет.

Возьмите к примеру A* - класический алгоритм для поиска оптимального пути. Все слова - поиск, путь - это термины, которые определяет не алгоритм, а программист для решения своей проблемы, которую можно втиснуть в рамки организма. И это важно, потому что точно задавать цели получается только для отдельных проблем, дальше все становится гораздо сложнее.

Поэтому говорить, что данные или алгоритмы нас поработят или поставят нас в ранг животных или на крайний случай биологических роботов - это довольно смело. Интересный момент, который он с другой стороны подмечает, что обмен информацией сейчас часто занимает все время. Начинаешь отвечать на сообщения в whatsapp утром, продолжаешь в телеграме днем, заканчиваешь электронной почтой вечером.

Еще один момент, который стоит обсудить. Во всех его размышлениях есть скрытое предположение, что в итоге человека получиться полностью декодировать и изучить все его биологические алгоритмы, тем самым доказав, что он - это просто биологическая машина, и ничего более. Возможно, но также возможно и то, что подобные изыскания уткнутся в фундаментальные оганичения. Например, что есть ограничение современных алгоритмов, которое в принципе не позволяет описать какие-то процессы (см первую зиму AI)). Может все упереться и в вычислительные возможности. В той же школе в курсе термодинамики нам рассказывали, что мы бы могли движение всех молекул газа описать с помощью гигантской системы уравнений на основе законов Ньютона, но для этого не хватит никаких вычислительных мощностей.

С другой стороны (прочитал Харари, сам стал Харари), сама линия на поиск алгоритмов в человеке мне кажется супер интересной и перспективной, особенно если ее соединить с поисками AGI (artificial general intelligence) с другой стороны. Что здесь интересного - если человека пытаются разчеловечить, доказать, что души нет, то с AI стараются наоборот перешагнуть рубеж, после которого можно будет сказать, что оно само себя осознает. А ведь можно где-то в центре и встретиться.

cat with many words

LJTalk

Не все знают, что когда-то жж был впереди планеты всей еще и с точки зрения мессаджинга, наверняка где-то существует альтернативная вселенная, где из этого смогли выжать все, и жж остался самой большой соц. сетью мира. Вспомнил только из-за случайного баннера на одной из страниц со ссылку на лендинг чата. Скриншоты от Windows XP, ссылки на мертвые клиенты - романтика.

Я даже запустил Pidgin и подключился, там меня встретил бот Френк и больше никого. Кажется, что пора закрывать этот раздел, хотя держу пари, что где-то еще есть полуживое сообщество, которое будет причать и возмущаться, потому что LJ Talk - это основа их общения.

cat with many words

Мое любимое кофе

Как это часто бывает, совершенно случайно наткнулся в библиотеке на книжку, у которой начал читать отзывы, в которых был упомянут автор, у которого я в итоге решил прочитать вообще все книги, а которых напишу, когда, собственно, прочитаю.

Оказалось, что он еще и статьи в The Atlantic пишет, я прочитал первую из них, и сразу понял, что книжки прочитать хочу еще больше. Статья была о том, почему в свое время термин latinx (как гендерно нейтральный способ укзания на жителя Латинской Америки) не прижился, хотя афро-американец прижился вполне.

Идея в том, что язык формируется не в академии, как бы того не хотели радетели правильных склонений и ударений, он формируется людьми, которые на языке говорят. И если новые слова появляются снизу, либо отвечают настроениями широких масс, то они приживутся, форсированные же термины исчезают, как появились, либо остаются уделом маргинальных слоев интеллигенции.

Если говорить о latinx - идея была в том, что некрасиво использовать термин, который подчеркивает пол человека, о котором говорят. Проблема есть, но она есть у совсем небольшого количества людей, и особенна мало понимания она находит в тех языках, где все слова относятся к тому или иному роду. Так и здесь, большинство людей не видели проблемы в том, что кто-то говорит latino(a), в то время как понятие "афро-американец" позволило перескочить на новый термин, который не был никак связан с прошлым - сегрегацией и рабством. Другие аргументы надо читать в самой статье.

Книжки его тоже стоит посмотреть, мне интересно прочитать все, но отдельный интерес представляют его книги о проблемах чернокожекого населения в США, которую он видит не как проблему подавления белым населением, а скорее как самоналоженное пролятие, которое во много сидит в самих людях. Могу врать, расскажу, когда прочитаю.

cat with many words

Из прочитанного. Выпуск 46

1) WO1 en Europa, Eerste Wereldoorlog, Maarten van Rossem

5 / 5

Фан Россем очень плодовит, лекций у него целая пачка на любой вкус. Мне он нравится - хороший рассказчик, имеет свою точку зрения на происходившее, поэтому как минимум можно узнать аргументированную точку зрения с одной из сторон. В этот раз я слушал про Первую Мировую Войну. Раньше я знал только самые базовые сведения, так что в было интересно все.

Началось все с обзора ситуации в Европе на кануне войны - молодая Германская империя с большим экономическим потенциалом, военной мощью и амбициями, остальные игроки, которые уже давно присутствовали на карте - Франция, Россия, Великобритания и потом США. По словам Россема война не то что бы была неизбежна, но никто из игроков не исключал ее как способ достижения своих средств (из здесь перекличкается с размышлениями в начале Homo Deus). Поэтому когда произошло убийство крон-принца, которое в красках описал фан Россем, последовал ультиматум от Австро-Венгрии в отношении Сербии, который был отвергнут. Казалось бы, причем тут Германия? Тогда она с Австро-Венгрией блокировалась, к тому же давно просчитывались планы быстро повоевать на два фронта, чтобы утвердить доминируещее положение а регионе. По-этому, по мнению фан Россема, хоть Геримания и не стояла за самим убийством, было принято решение воспользоваться ситуацией, после чего последовало объявление войны сначала России (поддерживала Сербию), а потом Франции, которая ко всей ситуации была непричастна совсем. После этого в войну вступила и Великобритания.

Началась мобилизация, потом наступление, которое на западном фронте перешло в кровопролитную позиционную войну. Проблема была в том, что на тот момент у обороняющихся было очень большое преимущество по сравнению с нападавшими - несколько рядов окопов, колючка, пулеметы. Даже при условии, что прорыв случился, солдаты не всегда знали, что именно делать на новой территории, где ничего не было оборудовано для войны. Стороны вступили в клинч, который не резрешился до самого конца войны, когда с одной стороны к действиям подключилась США, с другой стороны - из них полностью выпала Россия в связи с революцией.

Закончилось все полным поражением Германии, Версальским миром, по которому она теряла территории и должна была выплатить огромные репарации другим странам. Это краткое содержание, а теперь то, на чем делал акценты автор:

  • Первый и главный - то, как был заключен мир тогда, самым прямым образом обеспечило возможность второй мировой. Почему?

1) Германию не допустили в переговорам в Версале (как и Россию с большевиками). Это обсуловило наличие огромных реваншистских настроений в стране.

2) Образовалось большое количество новых стран (страны Балтии, Польша, Чехословакия), во многих из них остались очень значительные немецкие меньшинства, у Германии образовался анклав с Данцигом, отрезанный территорией новосозданной Польши.

3) Не все новые страны оказались удачными - то же Чехословакия разделилась.

4) Германия не оказалась побежденной экономически.

5) По результатам мира Германия сдала все тяжелое вооружение, что позволило ей потом сразу заняться строительством новейшей армии без оглядки на старый балласт.

6) По инициативе президента США была образована Лига Наций, но сами США в нее не вступили (не проголосовал конгресс), к тому же конгресс проголосовал против предоставления Франции гарантий защиты в случае новой войны, что было обещано тем же президентом. Из-за этого от аналогичных гарантий отказалась и Великобритания.

  • Новые границы и зоны влияния заложили основу для конфликтов в будущем. Кроме Европы был еще ближний восток, где Османскую империю делили на части Франция и Великобритания, откуда и взялись современные Сирия, Палестина, Ирак с их границами. Все эти страны образовывались без оглядки на местные реалии или на расселение местных народов, что заложило мину на будущее.

  • Удивительно, но по мнению фан Россема Германия оказалась главным бенефициаром войны. Про строительство новой армии было отмечено. Но в довесок к этому Антанта по результатам войны перестала существовать, Россия просто исчезла из европейской политики лет на пятнадцать, США сильно сожалели о своем участии. Германия потеряла свои колонии, но это было как раз в тот момент, когда везде начало набирать ход освободительное движение, поэтому стране не пришлось с этим разбираться в отличие от других колониальных держав. В результате, хоть и побежденная, Германия стала одной их сильнейших стран на континенте, Франция осталась с ней наедине без всяких союзников.

  • Первая мировая война дала основу для вооружений и стратегий, которые уже во всю исопльзовались по вторую - самолеты, танки, огнеметы. Отдельно автор отмечал, что англичане первыми придумали делать специальные боевые отряды, в которых пехота и авиация действовала одновременно с танками. И это была стратегия, которую взяли на вооружение и потом невероятно эффективно использовали немцы в дальшейшем.

  • По его мнению, если бы не было первой меровой, не было бы и Гитлера.

  • Из интересного до середины тридцатых Гитлера в европе любили и уважали, как сильного руководителя. Мало того, он был прекрасными оратором, первый стал активно использовать самолет, давая по нескольку выступлений в день. Мало кто знал, но финансирование НСДАП во многом шло за счет его выступлений, потому что на них был планый вход (!).

  • Он слегка прошелся по поводу СССР. В частности, упомянул, что Ленин появился в России в очень удачный момент, когда Германии позарез нужно было закончить войну на востоке. В разгар войны, в которой Германии и Россия были врагами, Германия позволила пропустить поезд с Лениным из Швейцарии в Петроград. После победы большевиков, Россия стала договариваться о мире на любых условиях, результатом чего была сдача под контроль Германии огромных территорий на западе, включая Украину (!), что во многом определило интересы немцев во время второй мировой войны. После этого Россия погрузилась в гражданскую войну, ее экономика рухнула. Автор несколько раз отмечал, что ВВП России в начале 20х годов составлял 13% от ВВП на 1914 год.

  • Сразу после войны разразилась эпидемия Испанского Гриппа, которая унесла больше жизней людей, чем вся первая мировая, а она унесла десятки миллионов.

Меня лично поразил порядок цифр. Например, рассказывая об одном из британских десантов, Россем указал, что в первый день боев Великобритания потеряла 60,000 людей убитыми и ранеными. Шестьдесят тысяч! И похожие цифры много где.

2) Eichmann in Jerusalem, Hannah Arendt

5 / 5

Очень и очень сильная книга на мой взгляд. Ее довольно непросто читать сейчас, совершенно понятно, почему она вызвала серьезные бурления во время ее выхода в середине 60-х. Речь идет о суде над Адольфмоф Эйхманном, одном из топов СС, который отвечал за депортацию евреев во время второй мировой войны. После нее он бежал в Аргентину, где был найден и пойман моссадом, который его и перевез а Израиль для суда.

Автор - сама немецкая еврейка, во время сбежавшая в США, следила за процессом и писала о нем в New Yorker, из чего впоследствии и получилась книга, википедия в целом дает довольно хороший обзор.

В чем особенность книги? Автор не просто описывала процесс, но и анализировала его с самых разных сторон и самые разные его элементы. Например, она обсуждала, что действительно, во времена третьего рейха Эйхманн действовал строго в рамках законов своей страны. Можно ли считать его виновным?

Или она указывала на тот факт, что по всем признакам судить его должны были не в Иерусалиме, а в Германии, т.к. именно там совершались преступления.

Также анализировался тот факт, что во время суда никак не обсуждался факт, что при депортации евреев огромную роль сыграли руководители еврейских общин, которые много работали с фашистами, предоставляли им списки и адреса людей, и призывали самих людей подчиняться. Она утверждает, что если бы ни это, немцам никогда не удалось бы уничтожить такого количества людей. Мало того, в организованных гетто большую роль играла еврейская полиция, т.е. своих держали в заключении своих.

Есть еще отдельный момент по поводу времени до начала войны. Арендт пишет, что процесс начался задолго до этого. Евреев поразили в правах чуть ли не по оконании первой мировой (превращение в неграждан, запрет на занятие определенных постов и т.д.), и многие тогда это восприняли просто как законодательное фиксирование реальности. Были даже призывы носить это отличие с гордостью. Многие из бежавших из страны евреев потом туда возвращались, отчасти просто потому, что их никто нигде особо не ждал.

Уничтожение не сразу было основным решением. Сначала речь шла о депортации. Сам Эйхманн начал свою карьеру и организации именно депортации в Австрии, где первоначальный план был выдавить евреев из страны, попутно избавив их от собственности, Эйхман много и плодотворно взаимодействовал в представителями евреев из Палестины, куда тоже переправляли людей. Потом Эйхман долго, но безрезультатно вынашивал план по выселению евреев на Мадагаскар. Про это забыли, когда командование приняло решение об уничтожении, Эйхман особо не сопротивлялся, он просто выполнял приказы.

Сам Эйхман никого не убивал, хотя это и пытались доказать. Он просто обеспечиал эффективную доставку людей из городов в лагеря, как бы дико это не звучало. Арендт много раз проходится по этому - у Эйхмана не было какой-то когерентной позиции, его взгляд на реальность и оправдание собственных действий менялись вместе с лозунгами партии. Там тоже этого хватало. Например, убийство было переименовано в милосердное избавление от страданий. Сам факт смерти людей вдруг стал ок, важным было сделать это быстро, из-за чего газовые камеры не воспринимались так ужасно, если это вообще можно так написать по поводу механизма, унесшего жизни миллионов людей.

Я не знал, но оказалось, что газовые камеры впервые были опробованы на самих немцах (!). Гитлер принял закон об эвтаназии, по которому разрешалось лишать жизни душевнобольных, и именно они и стали первыми жертвами, которых были десятки тысяч. После большого резонанся это пришлось прекратить, но все те люди, которые делали газовые камеры здесь, поехали заниматься тем же в лагеря в Польше.

Замечу, что с этого абзаца и далее текст написан значительно позже, после того, как закончил всю книгу. Теперь мне стало понятно, за что на Арендт обрушилось так много критики после публикации.

Анна Арендт занялась тем, что подробно проанализировала сам процесс во всех его тонкостях, вынеся за скобки ужасы конкретных событий. Почему это важно? Потому что иначе невозможно обсуждать, насколько корректно с правовой точки зрения был поставлен процесс, насколько израильский суд имел право судить Эйхмана, насколько релевантны были показания свидетелей с обеих сторон.

Википедия подсказывает, что многие обвиняли ее чуть ли не в переворачивании всего с ног на голову, выгораживании нацистов и переваливании вины ны евреев, но в действительности она показала, что картина была значительно сложнее, чем такое простое деление.

Первое, она опровергала - это роль Эйхмана в холокосте. Ее точка зрения - он просто выполнял приказы, и все происходящие ужасы - это не его личная инициатива. Второе, она показала, что нацистская Германия не была однородной - разные политические группы контроллировали разные области, как географические, так и организационные. Третье, что масштаб трагедии сильно отличался от страны к стране, и что при активном сопротивлении ни о каком масштабном уничтожении людей речь не шла. Четвертое, что во многих случаях именно помощь отдельных групп евреев и приводила к ужасным последствиям.

Например, она указывает на то, что Эйхман вообще никак не учавствовал в происходящем на так называемых восточных территориях (Польша + видимо Белоруссия), там все это курировалось армией. На территории западной европы, разные департаменты нацистов старались переиграть друг друга в решении еврейского вопроса.

Касательно масштабов холокоста от страны к стране, это был самый любопытный момент для меня. Арендт последовательно переходила от страны к стране, чтобы показать, насколько по-разному сложилась там ситуация в зависимости от действий местного населения. Ее мысль - у нацистов не было никакой возможности сами провернуть такую масштабную операцию, и они организовывали местное население себе в помощь.

Схема была такая. На территории каждой страны к тому времени находилось большое количество евреев, сбежавших из Германии, Австрии и других стран, уже прошедших через чистки. Еще раньше почти все они были лишены гражданства и находились в этих странах на птичьих правах. Первоначальное предложение всегда было в том, чтобы отловить всех подобных беженцев, собрать их в лагерях для "эвакуации" на восток. Эвакуация здесь в кавычках, потому что далеко не все в начале знали о том, что происходило дальше, и поведение често менялось после того, как правда всплывала. Для отлова как правило находились уважаемые евреи, из которых создавался совет jugenrat, который и организовывал все. Все заключалось в создании списков евреев их их имущества и помощи в том, чтобы все они добровольно приходили сдаваться. После того, как беженцы заканчиались, и технология была отлажена в данной конкретной стране, начинался второй раунд уже с местным еврейским населением, которое вначале заставляли носить звезды, а потом уже концентрировали и подвергали эвакуации. При этом все их имущество конфисковалось и передовалось стране, в которой операция происходила, а Германия брала фискированный для этой страны тариф для эвакуации каждого человека.

Оба момента важны. Она приводит в пример Францию, в которой эвакуация происходила успешно вплоть до новостей о ее реальном значении, после чего местное правительство, как и насление стало всем силами саботировать происходящее. В Бельгии все шло из рук вон плохо с самого начала, потому что никто не собирался в этом помогать, люди активно укрывали евреев и помогали им убежать. В Дании отказались отдавать даже беженцев и тянули до последнего, что привело в том числе, что местный немецкий контингент начал тоже сабатировать подобные указы. В Болгарии по ее словам не погибло почти ни одного человека из-за организованной поддержки как местного населения, так и правительства.

Вообше, интересен факт, что несмотря на окупацию стран, Германия все-равно не действовала там напрямую, а через местные правительства, и ей все-равно требовалась законодательная база для депортаций, что позволяло местным властям всячески препятствовать депортации при необходимости. Например, отдельный пассаж есть про фашистскую Италию, в которой еврейский вопрос не стоял, в том смысле, что никто не собирался с ними вообще ничего делать. Депортировали не всех, в каждой стране для этого принимали соответствующие законы, и при необходимости на местном уровне добавляли свои исключения. В Италии, например, добавили исключение, если один из членов семьи состоял в фашистской партии. В виду того, что партия была большая, одно это правило вывело из-под угрозы депортации почти всех. И похожие трюки были проделаны во многих странах.

Еще один момент, что существовало негласное правило в том, чтобы не трогать тех евреев, у которых было слишком много связей за границей. В крайнем случае их депортировали в Терезиенштад, который был образцовым лагерем, туда даже пускали представителей Красного Креста.

Вообще, сложно было определить правильно этот критерий - от кого нужно "очищать" страну, а кто вроде и сойдет. Полукровки? Смешанные браки? Местные евреи против приехавших? Немецкие евреи против других? Помните, тоже самое было и в kleurenblind. Во многих случаях было еще разное отношений к сионистам среди местных или непосредственно к представителям, приехавшим из еврейских поселений в Палестине.

Крому jugenrat, Арендт акцентировала несколько раз, что в самом Аушвице газовыми камерами управляли тоже евреи, Венгрия (могу здесь ошибаться, не искал свою заметку) даже выставила еврейский батальон для войны на восточном фронте.

Это ужасная трагедия, но что утверждает Арендт - так это то, что в этом ужасе все было гораздо сложнее, чем "нацисты уничтожают всех евреев". Без помощи всех, ключая самих евреев, не получилсь бы достичь даже малую долю того, что произошло.

Мне во время прочтения все никак не укладывалось в голову, что подобная операция вообще могла кому-то прийти в голову. Кроме самой бесчеловечности происходящего, сама ее логистическая сложность оставляет только гадать, насколько сильно это жрало ресурсы нацисткой Германии, и как могло бы сложиться, не отвлекайся они на это. Ну и второй момент - организованное сопротивление работает, даже если враг большой и опасный. Тут надо сделать поправку, конечно, в книге большинство примеров были о западной и центральной европе, в Польше, Белоруссии и западной Украине все было совсем по-другому.

cat with many words

Эта книга перевернула бы вашу жизнь

Я, вероятно, повторяюсь, но душа горит, поэтому расскажу. Среди многих вещей, с которыми что-то не так в этом мире, есть еще одна - случайность.

В моей жизни многие лучшие вещи, которые со мной происходили, происходили случайно. Когда-то я проходил мимо книжного развала, и взгляд упал на книжку, ну или я ее просто увидел в руках соседа в электричке. Когда-то я спешил на автобус на ВВЦ еще в те времена, когда там стоял развал из палаток, и по дороге услышал песню у одного из ларьков. Когда-то мы просто пошли на концерт вместе. И теперь мы вместе уже девять лет, а эта музыка, и эти книги остались в моем плей листе и памяти. А еще я много раз сворачивал не туда, и это превращалось в жемчужину поездки.

Что объединяет все эти события? Их объединяет то, что не было никакой возможности предсказать, что это могло понравиться. Мало того, была совершенно минимальная возможность того, чтобы я этими вещами или отношениями заинтересовался специально. Книги я читал другие, а отношениями с человеком сложно интересоваться, если ты даже не знаешь, что он есть.

Все современные ай ти штуки, которые используют машинное обучение, обладают тем фатальным недостатком, что в них нет или почти нет случайности. Любой тщательно организованный каталог убивает на корню возможность открыть для себя что-то новое. Любые оптимизации загоняют человека в пузырь, см. фид фейсбука, ну или любые другие рекоммендации. Смартфоны, с другой стороны, уничтожили возможность подсмотреть, что другой человек читает. В любом транспорте люди смотрят в телефоны, и нет никакой возможности узнать, что там.

Может эта книга могла бы перевернуть вашу жизнь, если бы вы о ней узнали? Но нет, теперь шансов больше нет (почти). Мало того, если вам предложить - а что, если ваш телефон будет шарить вокруг информацию о книге, которую вы читаете? Что за бред, скажете вы, но в обложкой бумажной книги история та же, и проблемы никакой нет.

По этой причине я люблю всякие книжные развалы и хожу туда прежде всего. Поэтому я так люблю смотреть случайные фильмы на кинопоиске или (раньше) случайные блоги в жж. Поэтому я часто выключаю навигатор и еду не туда.

Каждый раз, когда у вас отнимают случайность, можете считать, что у вас отнимают еще одну из самых лучших вещей, которые могли бы с вами произойти.

cat with many words

Из прочитанного. Выпуск 45

1) Игра в бисер, Герман Гессе

3 / 5

Вероятно, это великий роман, но я его не понял. Стиль похож на других немецких авторов, у которых такие длинные предложения, что порой уже не помнишь начало, когда дочитываешь до конца, и это только часть абзаца, ну а глава может длиться бесконечно, чему, конечно, сложно удивляться, потому что у больших авторов и мысли большие, они не могут вместиться в главы поменьше.

Роман строится вокруг жизнеописания Йозефа Кнехта, мастера игры в Бисер. Само жизнеописание у меня особого восторга не вызвало, оно просто тянулось. У него все получалось, вообще все, жизнь шла вверх, прокладывая путь паровым катком. Сама игра никогда точно не описывается, описывается все вокруг, поэтому даже двести страниц спустя, продолжаешь задаваться мыслью - да что же это такое? Мои мысли в этом отношении менялись, но больше всего похоже на абстрактный интеллектуальный экзерсис ради самого себя.

Где-то после трети, когда Йозеф собственно стал магистром, читать стало совсем тоскливо, и я закончил. Может быть, мооожет быть, что есть контекст, который я не знаю, и который выставляет книгу в совсем другом свете, но мне об этом неизвестно.

В книге была одна мысль, которая мне запомнилась. Отец Иаков, с которым Йозеф провел много времени сказал - мне не интересны отдельные исторические фигуры. Попасть на вершину можно совершенно случайно - нужный момент, нужные качества, удача в конце концов. Что мне интересно - это общества, которые существуют тысячи лет. Они - это не случайность.

2) Rust Book

5 / 5

Фантастически хорошая книга. Если хотите узнать, как правильно делать язык, то нужно читать. Авторы явно посмотрели на яву, с++, js и многие другие языки, учли их ошибки и сделали все правильно. Эта книга - тому еще один пример. Вы когда-нибудь видели целую книгу по программированию, которая есть в мобильной веб-версии?

А тут вы узнаете, что:

  • Все зависимости указываются декларативно, скачиваются локально, версии закрепляются
  • Юнит и интеграционные тесты из коробки
  • нет null!
  • для всех зависимостей проекта генерируется офлайновая веб документация
  • Поддержка сразу нескольких бинарников проекте
  • Поддержка несколько проектов в одной сборке
  • Библиотека со строками изначально построена с учетом utf-8, со всеми вытекающими.

И так далее. Вообще, все сообщество построено образцовым образом, нет дикой токсичности, присущей другим языкам (привет лисп), есть gofmt и методичный подход к решению проблем.

Также любо дорого наблюдать, как реализовывались те или иные возможности языка с упором на безопасность, но без сборщика мусора.

3) Kunnen we leren van het verleden? Maarten van Rossum

5 / 5

Небольшая книжка, но интересно. Если кратко, то Россум, голандский историк, задается вопросом, можем ли мы чему-то научиться из истории?

Вывод, к которому он приходит, достаточно неожиданный. Да, можно и важно изучать историю, но очень опасно и часто ненужно проводить параллели между разными событиям, потому что почти всегда есть элементы, которые делают два события не сравнивыми.

Дал ссылку на книжу Thinking in time, выглядит тем более интересно, уже за одну ее спасибо.

cat with many words

Бег по граблям

Программирование - ужасно увлекательное занятие, можно решать самые разные задачи, получать самые удивительные результаты. Но как и во всех делах в реальности решение прекрасных интересных задач занимает 20% времени, а все остальное - это разборки с тем, почему штука икс не работает, как надо. Самый хороший вариант - это когда ты упираешься в возможности системы и это решаешь. Чаллендж, или ты ее, или она тебя.

Но иногда огребаешь на ровном месте. Сегодня поставил андроид студию из официального, блин, источника. Шел шажок за шажком по туториалу, по сторонам не смотрел. И все-равно у этой скотины в какой-то момент просто перестал работать эмулятор без видимых на то причин. И вот, вместо решения интересной и увлекательной задачи, начинаешь нарезать круги в гугле и стековерфлоу, чтобы понять, что обозначает очередной загадочный стектрейс. Ах да, права не прописали, ах да, в убунте проявился такой баг в новой версии андроид студии. Ах да, просто какая-то адская борода из стектрейсов в логах по неизвестной причине. Программисты, помните. Каждый раз когда вы выпускаете на волю плохоотлаживаемое непрозрачное непонятное говно, где-то на земле очередной программист решает послать все к какой-то там матери и поехать жить в лес, как можно дальше от людей вообще и от таких программистов как вы в частности. Умирает ли при этом котенок?

cat with many words

Надевая шляпу

Умничать буду. В английском есть выражение "wearing someone's hat", которое значит, что в этот момент ты представляешься кем-то другим. Как завещал Мэнсон, мы это делаем все жизнь.

Но что еще стоит сказать, так это то что когда-то это бывает твоим личным внутренним состоянием, а когда-то - внешним. Про внутреннее мало кто знает или его видит. Внешнее обычно выражается в шильдиках - я веган, рокер, праведный христианин и т.д.

Как и во всем в жизни у этого есть и плюсы, и минусы. Например, можно группироваться по шильдику, устраивать слеты рокеров, веганские фестивали и что там еще. Но есть и минусы. Например, кто-то может сказать, что твой шильдик - фуфло на палке. Ты не настоящий веган. Бу! Эффект это подобных выпадоы зависит от самооценки каждого человека, но факт остается фактом - это ранит, и этим питаются все тролли в интернете. Второй минус - если назвался груздем, полезай в кузов. Шильдик начинает влиять на своего носителя. Если человек решил, что он настоящий рокер, то он потихоньку будем собирать вокруг себя стереотипы. Рокеры пьют пивас, рокеры ездят в бандане на мотоцикле и носят косуху. Еще по шильдикам очень удобно людей разделять, а выделенную группу очень удобно ненавидеть, что и происходило в истории многократно.

И самый важный момент, что все минусы - это эффект того, что сам шильдик мы не контролируем, мы можем его только надеть. Кто-то другой будет определять, что делают настоящие рокеры, кто-то другой будет определять чему должен соответствовать настоящий веган. В современной политике это прекрасно используется для определения настоящих граждан, или дрессировке правильных сотрудников компании.

Тогда возникает вопрос - к чему все это? Можно слушать рок, ну просто слушать рок. Можно не есть мясо, ну просто не есть мясо. Можно работать в компании, ну просто работать в компании. В этом появляется огромная свобода, потому что в такой ситуации невозможно проиграть, внутренний шильдик - он исключительно свой. Это не значит, что не нужно ему следовать. Если хочется, можно следовать ему строго. Но главное - подобные шильдики не может поменять никто, кроме самого человека.

cat with many words

Мозель

Для внешнего наблюдателя может показаться, что разницы между странами вроде Германии и Нидерландов особой нет, но на самом деле есть, конечно. Сгоняли на выходных погулять, вот что можно отметить. Т.к. Германия большая, то сделаю отметку сразу, здесь наблюдения в Мозеле, сельскохозяйственном регионе.

  • В Германии настоящая природа в контексте человека, выросшего в средней полосе России с постоянным доступом к лесу. Его здесь навалом, как навалом и гор с холмами, настоящими пахучими елками и т.д. Может звучит смешно, и сложно понять, но хорошо чувствуется.

  • Люди выглядят гораздо более натруженными. Очень хорошо заметно на людях старшего возраста. Голландские пенсионеры очень хорошо выглядят, но вот португальские или немецкие бабушки очень похожи на своих российских коллег.

  • Достаточно большой выбор русских продуктов в обычном супермаркете. У нас был под рукой REWE, там и заметили. Почти все продукты там были марки DOVGAN, который, как потом оказалось, не имел никакого отношения к Довганю, но тем не менее.

  • Там же был найден нормальный черный хлеб! Вопрос на любителя, но обычный черный хлеб-кирпич для меня вкуснее всего на свете. А тут я нашел и его и стандартный круглый хлеб, абсолютно такой же, как в России. Оказалось, это Mayener brot. Первую буханку мы съели сразу. В Нидерландах хлеба полно, выглядит он отлично, вроде тоже вкусный, видимо дело в привычке.

  • Другое отношение к алкоголю и табаку. Здесь еще курят, сигареты в супермаркете не закрывают. Впервые я увидел мегапак на 700 сигарет. То же самое с алкоголем, даже на кассе стояло большое количество пузырьком. В Голландии в каком-нибудь Хайне ничего горячее вина не найти, все в отдельных магазинах, не могу сказать точно, почему так.

  • Другие тортики. За столько лет не смогли привыкнуть к голландским сладостям. Местные кондитеры все вопросы решают, добавляя еще немного сахара. И еще немного. И корицы. И еще немного сахара и т.д. На Мозеле сладости были отличные, не очень сладкие и очень вкусные. Продукты в целом очень понравились.

  • Вот здесь загадка. Пока катались по рейону, проезжали много деревень. Все деревни отличные, дома великолепные, все чисто. Но людей нет, вообще. Как так? Мы предположили, что все на работе, но их не было и вечером. В последней деревне за час, который мы там в сумме провели, увидели не больше десяти человек и в деревне и вокруг нее (исключая туристов).

  • В виду наличия больших природных просторов и количество разных дорог зашкаливает. Трудно поверить, но в Голландии, например, на так просто найти проселочную дорогу. А уж так, чтобы на ней и лужа стояла, это вообще невероятно, а тут мы с удовольствием квасили грязь сапогами.

Если резюмировать - то ехать надо за едой и природой. Приедем еще непременно.